|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| “Booster.” She snapped her fingers, fuming angrily. Don’t ghost out on me now! His shoulder felt like a joint of uncooked meat, solid and immobile. There was a nasty stench in the air — if he’d lost bowel control already, that meant he was farther along than she’d wanted. “Witness for the Propagation, I request access to this one’s lineage. While the instance vector has proven unreliable, I believe with suitable guidance the phenotype may prove stable and effective.” | — Усилитель. — Она сжала пальцы, закипая от злости. Его плечо казалось куском сырого мяса, твердого и коченеющего. Воздух наполнился едким зловонием — если он уже потерял контроль над кишечником, то состояние куда хуже, чем она ожидала. — Свидетель от Селекционеров, требую допуск к его происхождению. Пока не доказана недостоверность инстанционного вектора, считаю, согласно принятому руководству, что фенотип может гарантировать устойчивость и эффективность. |
| Bayreuth was blinking at her in surprise. The Propagator nodded. “Your request has been received,” she said distantly. “A reproductive license is under consideration. Or were you thinking of a clone?” | Байрут удивленно заморгал. Селекционер кивнула. — Ваше требование принято, — отстраненно произнесла она. — Репродуктивная лицензия на рассмотрении. Или вы имели в виду клон? |
| “No, recombination only.” Hoechst leaned closer, staring into U. Vannevar Scott’s eyes, remembering earlier days, more innocent, both of them interns on the staff of an ubermensch — stolen nights, sleepless days, the guilt-free pleasure before responsibility became a curse. Politics. What, thirty years? Thirty-seven years? She could barely remember his body; some lovers were like that. Well, others you remembered for life. Scott … Scott was history, in more than one way. “It will be something to recall him by.” | — Нет, только генную рекомбинацию. — Хойст склонилась еще ниже и посмотрела в глаза U.Ванневара Скотта, вспоминая былые дни, куда более невинные, — оба интерны в штате ubermensch, бессонные ночи, преступно-вольные удовольствия, прежде чем ответственность станет проклятием. Политика. Что, тридцать лет? Тридцать семь? Она едва помнила его тело: любовники так похожи. Ну разве всех упомнишь за жизнь. Скотт… Скотт был историей, много более значимой, чем свидание на одну ночь. — Останется хоть что-то, вспомнить его. |
| “Your request will be considered by the Race Genome Improvement Committee,” said the Propagator, placidly straightening her wimple. “Is there anything else?” | — Ваш запрос рассмотрит Комитет улучшения генома расы, — ответила Селекционер, спокойно поправляя накидку. — Что-нибудь еще? |
| “Termination witness.” She kept her hand on his shoulder while the guard administered the coup, switching the tree into uncontrolled dendritic mapping. His sightless eyes closed; presently a pale fluid began to leak from the back of his skull. The touch of dead meat; once she’d hated that … now it just left her feeling glad it wasn’t her turn. She smoothed his hair down, straightened up, and caught Georg Bayreuth’s eye. “Have this taken away for recycling.” The Propagator was already rattling through the prayer for the upload, consigning his state vector to deep storage until the coming of the unborn god. “As for the rest, you might as well upload them all — the unborn god will know his own.” She sighed. “Now. Have we found where he kept his master list of puppets?” | — Завершение свидетельства. — Хойст не снимала руку с плеча, пока гвардеец завершал государственный переворот, переходя от личностного дерева к бесконтрольной полной дендрической топосъемке. Незрячие глаза закрылись, и почти сразу же из затылка потекла бледная жидкость. Прикосновение мертвой плоти; когда-то она испытывала ненависть… теперь осталось только чувство: пока еще это не ее черед. Она пригладила ему волосы, выпрямилась и перехватила взгляд Георга Байрута. — Забирайте на утилизацию. Селекционер уже запрашивала просьбу о загрузке в память, отправляя его статус-вектор на глубокое хранение до появления будущего бога — Что касается остальных, может, также загрузить их всех — будущий бог узнает себя сам. — Она вздохнула — Итак, мы выяснили, где он хранил список своих марионеток? |
| Well, Portia. That brings me to the next question. How is your pet project going?” | — Хорошо, Поршия. Это приводит меня к следующему вопросу: как продвигается твой следующий проект? |
| Hoechst leaned back in the overstuffed velvet-lined recliner, and stared at the gold leaf intaglio on the ceiling. She took her time answering: it was all a little overpowering. Truth be told, she was unused to having the confidence of the Overdepartmentsecretariat, and U. Blumlein’s avuncular tone put her on a defensive edge. It reminded her of one of her teachers, from the hazy years back in the creche, a fellow whose temperament alternated between confiding warmth and screaming tantrums — contrived, she later discovered while reading the creche’s policy mandate, to teach the youngsters the benefits of close-lipped circumspection. She’d been a good pupil, perhaps too good, and it was unnerving to find that the kindly professor’s object lesson in pain had such direct applicability to the upper reaches of the clade. It just went to show that that which does not kill us makes us stronger was more than just an empty platitude. | Хойст откинулась в мягком плюшевом кресле и посмотрела на золотой листок инталии11 на потолке. Она взяла время на размышление: как-то это все немного напрягало. По правде говоря, она не пользовалась доверием обердепартаментсекретариата, и покровительственный тон U.Блюмляйна вынудил ее занять позицию защиты. Он напоминал ей одного наставника из смутных времен воспитательного дома. Молодого человека, чей темперамент разрывался между откровенной теплотой и вызывающей раздражительностью — напускной, как она выяснила впоследствии, ознакомившись с распоряжениями полиции дома воспитуемых, — чтобы привить младшим навыки преимуществ сдержанной осторожности. Она оказалась хорошей ученицей, возможно даже слишком. Было приятно обнаружить, что дружелюбное общение на уроках имело непосредственное отношение к высшим достижениям клада. Это просто привело к пониманию, что тот, кто нас не убивает, делает нас сильнее, — больше, чем простая банальность. |
| “I asked a question,” her superior reminded her. | — Я задал вопрос, — напомнил ей старший. |
| “I believe I have the basic issues under control,” she said confidently, raising her glass and taking a cautious sip of almond liqueur to cover her moment of hesitation. | — Полагаю, основные проблемы под контролем, — уверенно ответила она, поднимая стакан и осторожно пробуя миндальный ликер, стараясь скрыть свои сомнения. |
| “The basic issues,” Blumlein echoed, and smiled. He held out his glass and a moppet hastened to refill it. Hoechst shuffled slightly in her chair and ran a finger under the shoulder of her gown. She smiled back at him, although she was anything but relaxed. | — Основные проблемы, — улыбнулся Блюмляйн. Он протянул стакан, и марионетка поспешила наполнить его. Хойст слегка поерзала в кресле и запустила палец под рукав платья. Ответная улыбка, но никаких чувств, кроме расслабленности. |
| An invitation into her superior’s parlor for an evening’s entertainment was normally public recognition, a sign of favored status within the clade. But a private invitation, to dinner for two, was something else again. The only people who’d see her were their bodyguards, private secretaries, and the service moppets, all of whom — apart from the secretaries — were disposables who counted as nothing in the sparse social networks of the ReMastered. What could he have in mind? Special orders? It certainly wasn’t a seduction attempt — his tastes lay notoriously in other directions — and she couldn’t see herself being important enough to cultivate for other reasons. One thing every ReMastered acquired early was a sensitive nose for relative status, and this discreet assignation simply didn’t make sense from any angle she could think of. Unless he had, for some inexplicable reason, decided to assess her for the role of his public partner, a remarkable if knife-edged honor. | Приглашение в личный кабинет руководителя на вечернее развлечение считалось публичным признанием, признаком расположения к кладу. Но приглашение в частном порядке на обед вдвоем означало нечто большее. Единственными, кто их здесь видел, были охранники, личные секретари и обслуживающие марионетки; все, за исключением секретарей, считались ничем в обширной социальной сети РеМастированных. Что он имел в виду? Особые распоряжения? Определенно не попытка обольщения — вкусы обердепартаментсекретаря лежали в абсолютно другой плоскости, — однако она не считала себя достаточно значимой для встречи по причинам иного свойства. Единственной вещью, которую каждый РеМастированный приобретал прежде всего, был чувствительный нос для определения своего сравнительного статуса, и такое осторожное тайное свидание просто не имело никакого смысла, под каким углом ни смотри. Разве только Блюмляйн по какой-то необъяснимой причине решил произвести ей оценку для роли своего социального партнера. Замечательно, если это остро отточенный почет. |
| “I’d like you to recap the basic issues, Portia. In your own words and in your own time, if you please.” | — Мне бы хотелось услышать краткое перечисление основных проблем, Поршия. Своими словами и не в служебное время, если позволите: |
| “Oh. Well.” Portia shook herself. Idiot! She cursed. What else could it be about? “Scott failed miserably on Moscow. Or rather, he succeeded inappropriately. The result was, well, not what we anticipated. Sixteen ubermenschen dead, not to mention the loss of an entire client world that was less than eighteen months from open phase-two restabilization — that was a major setback in its own right. Worse, the weapons tests — the causality-violation devices his puppets were testing — have probably attracted the attention of the Enemy. Bluntly, he failed on two levels; his treason against his own kind failed, and worse, the weapons tests also failed catastrophically, leading to the loss of the system. It was, all told, a disaster, and Scott knew he would attract unwelcome attention if he could not provide a compensatory positive outcome.” | — О да. — Поршия встряхнулась. «Идиотка! — выругалась про себя она. — Что еще могло быть». — Скотт допустил на Москве промашку. Или скорее умудрился произвести нечто нецелесообразное. Результат оказался, скажем, не таким, какого мы ожидали. Погибли шестнадцать ubermenschen, не говоря уж о потере целого клиентского мира, находившегося менее чем в восемнадцати месяцах от открытой фазы-два рестабилизации, что стало главным его промахом. Кроме того, испытание оружия — нарушающие причинно-следственную связь устройства его марионеток были протестированы, — вероятно, привлекло внимание Врага. Прямо говоря, он совершил двухуровневую ошибку; изменил своему виду и, что еще хуже, уничтожил целую систему. Это стало, так сказать, бедствием, и Скотт знал, что возникнет нездоровый интерес, если не обеспечит компенсирующий положительный результат. |
| “Hmmph.” Blumlein grunted, something approximating a twinkle of amusement in his eyes. On the stage behind her, three or four moppets were performing some sort of erotic dance: Portia angled her chair so that she could watch sidelong, while keeping her attention on the planetary overdepartmentsecretary. “Juggling on the tightrope over the abyss is a long and honorable tradition, I suppose.” He smiled, not unkindly. “What long-term plans did U. Scott intend to pursue?” | — Хм. — Блюмляйн нахмурился, нечто напоминающее огонек удивления промелькнуло в его глазах. На сцене, сзади Поршии, три или четыре марионетки представляли эротическое шоу; Поршия развернула кресло под таким углом, чтобы одновременно смотреть представление и видеть обердепартаментсекретаря. — Жонглирование на канате над пропастью давняя и почетная традиция, как известно. — Улыбка, отнюдь не дружелюбная. — И какие же долгосрочные планы строил Скотт? |
| “I think he was going to take over New Dresden, but he didn’t leave any written records.” Portia sniffed. “Not surprising.” His attitude encouraged her to return the smile as a peer — a gamble, but one that might bring serious advancement if it paid off. | — Полагаю, собирался захватить власть на Новом Дрездене, но это документально не подтверждено. — Поршия шмыгнула носом. — Не удивительно. Внимание Блюмляйна обязывало ответить улыбкой на равных — игра азартная, но могла закончиться серьезным продвижением, если выгорит. |
| “Absolutely.” Blumlein’s expression turned chilly. “How could he possibly have been so stupid?” | — Абсолютно точно. — Выражение лица Блюмляйна поблекло. — Как он мог так сглупить? Она пожала плечами. |
| She shrugged, dismissively. “Scott has — well — never lacked for self-confident ambition.” You can say that again. A brief flashback: lying in bed listening to him rant, plans to create his own clade, bring about the unborn god, steal whole worlds from the flock. “I worked closely with him for several years, when we were younger. It’s probably a good thing time ran out on him; he wasn’t keeping his eye on the fine detail, and if he’d gotten his plan past the second stage, the consequences could have been even worse than the slow-motion disaster he’s left us with.” | — Скотт, скажем так, никогда не испытывал недостатка в самонадеянности и амбициях. — Ты можешь снова это повторить. Яркая вспышка воспоминаний: лежащая в кровати и слушающая его демагогию о планах создания собственного клада, вызвать будущего бога, выкрасть из стаи целые миры. — Мы проработали вместе несколько лет, когда были моложе. Вероятно, неплохо, что время покинуло его: он не вдавался в детали, и, если бы довел свой план до второй фазы, последствия могли стать еще хуже, чем вялотекущее бедствие, с которым он нас оставил. |
| Blumlein put his glass down, leaned closer, his pupils dilating slightly. Portia mirrored his gestures, becoming the confidante. “Tell me what Scott was working on in that sector,” he said quietly. “And what you think you might have done with it in his stead.” | Блюмляйн поставил стакан и придвинулся ближе, зрачки слегка расширены. Поршия продублировала его движения, превращаясь в доверенное лицо. — Над чем Скотт работал в том секторе? — тихо спросил он. — И как думаете, сможете справиться с этим вместо него? — Э… — Поршия огляделась. |
| “The—” Her eyes swiveled sideways. | Обердепартаментсекретарь перехватил ее взгляд и кивнул. |
| The overdepartmentsecretary caught her glance and nodded. “They won’t remember any of this tomorrow,” he said. | — Завтра они ничего не вспомнят, — сказал он. |
random book preview
(Stross Charles, "Iron Sunrise")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |