|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| Mrs Bolton was both thrilled and ashamed, she both loved and hated it. Yet she never rebuffed nor rebuked him. And they drew into a closer physical intimacy, an intimacy of perversity, when he was a child stricken with an apparent candour and an apparent wonderment, that looked almost like a religious exaltation: the perverse and literal rendering of: 'except ye become again as a little child'.—While she was the Magna Mater, full of power and potency, having the great blond child-man under her will and her stroke entirely. | Миссис Болтон и волновали эти ласки, и вызывали краску стыда. Это было сложное чувство, любовь-ненависть. Она ни разу не остановила его, ни разу не возмутилась. Мало-помалу они перешли к более интимной близости, близости аномальной: он вел себя как ребенок, впавший в состояние сродни религиозной экзальтации, озаренный искренней и чудесной верой, буквальная, но патологическая иллюстрация библейского изречения «будьте как дети». Она же выступала в роли Magna Mater[27], исполненной животворящей силы, на попечении которой оказался белокурый исполин, мужчина-мальчик. |
| The curious thing was that when this child-man, which Clifford was now and which he had been becoming for years, emerged into the world, it was much sharper and keener than the real man he used to be. This perverted child-man was now a real business-man; when it was a question of affairs, he was an absolute he-man, sharp as a needle, and impervious as a bit of steel. When he was out among men, seeking his own ends, and 'making good' his colliery workings, he had an almost uncanny shrewdness, hardness, and a straight sharp punch. It was as if his very passivity and prostitution to the Magna Mater gave him insight into material business affairs, and lent him a certain remarkable inhuman force. The wallowing in private emotion, the utter abasement of his manly self, seemed to lend him a second nature, cold, almost visionary, business-clever. In business he was quite inhuman. And in this Mrs Bolton triumphed. 'How he's getting on!' she would say to herself in pride. 'And that's my doing! My word, he'd never have got on like this with Lady Chatterley. She was not the one to put a man forward. She wanted too much for herself.' | И что удивительно, когда этот мужчина-мальчик — Клиффорд был им теперь в полном смысле слова, он шел к этому многие годы — явился на свет, в делах он оказался гораздо умнее и проницательнее, чем в бытность свою просто мужчиной. Это патологическое существо «мужчина-мальчик» стало настоящим деловым человеком; Клиффорд вел теперь свои дела, как подобает сильной личности. В мире бизнеса это был настоящий мужчина, острый, как стальная игла, неуступчивый, как кремень; он ясно видел свои цели и выгодно продавал уголь своих шахт; обладал почти сверхъестественной проницательностью, твердостью и прямым метким ударом. Как будто отречение от своего достоинства, служение Magna Mater были вознаграждены блестящими деловыми способностями, некой сверхчеловеческой силой. Купание в своих эмоциях, полное подавление мужского «я» родили в нем вторую натуру — холодную, почти мистическую — натуру умного дельца. Человеческие чувства на деловом поприще для него не существовали. |
| At the same time, in some corner of her weird female soul, how she despised him and hated him! He was to her the fallen beast, the squirming monster. And while she aided and abetted him all she could, away in the remotest corner of her ancient healthy womanhood she despised him with a savage contempt that knew no bounds. The merest tramp was better than he. | Миссис Болтон торжествовала. «Сэр Клиффорд идет в гору, — говорила она себе с гордостью, — и это моя заслуга. С леди Чаттерли ему никогда не сопутствовал такой успех. Она не из тех женщин, кто помогает мужьям. Слишком занята собой». И вместе с тем в каком-то закоулке своей загадочной женской души она презирала его и даже порой ненавидела! Он был для нее поверженным львом, судорожно извивающимся драконом. Да, она помогала ему и всячески вдохновляла, но, бессознательно повинуясь древнему женскому инстинкту, презирала его бесконечным презрением дикаря. Самый последний бродяга в ее глазах был и то более достоин уважения. |
| His behaviour with regard to Connie was curious. He insisted on seeing her again. He insisted, moreover, on her coming to Wragby. On this point he was finally and absolutely fixed. Connie had promised to come back to Wragby, faithfully. | Его отношение к Конни было необъяснимым. Он настаивал на встрече. Более того, он требовал, чтобы она приехала в Рагби. Настаивал бесповоротно. Конни дала слово вернуться и должна его сдержать. |
| 'But is it any use?' said Mrs Bolton. 'Can't you let her go, and be rid of her?' | — Какой в этом смысл? — спросила миссис Болтон. — Разве нельзя отпустить ее раз и навсегда? |
| 'No! She said she was coming back, and she's got to come.' | — Ни в коем случае. Она обещала вернуться и пусть возвращается. |
| Mrs Bolton opposed him no more. She knew what she was dealing with. | Миссис Болтон не стала спорить. Она знала, с каким характером имеет дело. |
| I needn't tell you what effect your letter has had on me [he wrote to Connie to London]. Perhaps you can imagine it if you try, though no doubt you won't trouble to use your imagination on my behalf. I can only say one thing in answer: I must see you personally, here at Wragby, before I can do anything. You promised faithfully to come back to Wragby, and I hold you to the promise. I don't believe anything nor understand anything until I see you personally, here under normal circumstances. I needn't tell you that nobody here suspects anything, so your return would be quite normal. Then if you feel, after we have talked things over, that you still remain in the same mind, no doubt we can come to terms. | «Не буду говорить тебе, какое действие оказало на меня твое письмо, — писал он Конни, — но если бы ты захотела, то легко могла бы вообразить — какое. Впрочем, вряд ли ты станешь напрягать ради меня воображение. Скажу тебе одно: я смогу принять решение только после того, как увижу тебя здесь, в Рагби. Ты дала слово, что вернешься, и должна вернуться. Пока я не увижу тебя в нормальной обстановке, я ничему не поверю и ничего не пойму. Нет нужды объяснять тебе, что в Рагби-холле никто ничего не знает, так что твое возвращение будет принято как само собой разумеющееся. И если после нашего разговора ты не изменишь своего решения, тогда, можешь не сомневаться, мы придем к разумному соглашению». |
| Connie showed this letter to Mellors. | Конни показала письмо Меллорсу. |
| 'He wants to begin his revenge on you,' he said, handing the letter back. | — Сэр Клиффорд начинает мстить, — заметил он, возвращая письмо. |
| Connie was silent. She was somewhat surprised to find that she was afraid of Clifford. She was afraid to go near him. She was afraid of him as if he were evil and dangerous. | Конни молчала. Ей было странно признаться себе, что она побаивается Клиффорда. Побаивается, как если бы он был носителем какого-то злого и опасного начала. |
| 'What shall I do?' she said. | — Что же мне делать? — сказала она. |
| 'Nothing, if you don't want to do anything.' She replied, trying to put Clifford off. He answered: | — Ничего. Если не хочется, ничего не делай. |
| If you don't come back to Wragby now, I shall consider that you are coming back one day, and act accordingly. I shall just go on the same, and wait for you here, if I wait for fifty years. | Она ответила Клиффорду, стараясь как-то отговориться. И получила такой ответ: «Если ты не вернешься в Рагби сейчас, ничего не изменится, рано или поздно тебе все равно придется приехать, чтобы вместе все обсудить. Остаюсь при своем решении и буду ждать тебя хоть сто лет». |
| She was frightened. This was bullying of an insidious sort. She had no doubt he meant what he said. He would not divorce her, and the child would be his, unless she could find some means of establishing its illegitimacy. | Конни стало страшно. Это был коварный шантаж. Она не сомневалась — на попятный он не пойдет. Развода ей не даст, родившийся ребенок будет считаться его ребенком, если она не найдет способа доказать незаконность его рождения. |
| After a time of worry and harassment, she decided to go to Wragby. Hilda would go with her. She wrote this to Clifford. He replied: I shall not welcome your sister, but I shall not deny her the door. I have no doubt she has connived at your desertion of your duties and responsibilities, so do not expect me to show pleasure in seeing her. | После нескольких дней терзаний она решилась ехать в Рагби, взяв с собой Хильду. И отправила Клиффорду соответствующее письмо. Он ответил: «У меня нет желания видеть твою сестру, но, разумеется, двери я перед ней не захлопну. Ты преступила свой долг, нарушила обязательства, и она, конечно, этому потворствовала. Поэтому не ожидай, что я проявлю восторг, увидев ее». |
| They went to Wragby. Clifford was away when they arrived. Mrs Bolton received them. | И сестры отправились в Рагби-холл. В час их приезда Клиффорда не было дома. Встретила их миссис Болтон. |
| 'Oh, your Ladyship, it isn't the happy home-coming we hoped for, is it!' she said. | — О, ваша милость! — воскликнула сиделка. — Не о таком вашем возвращении мы мечтали! |
| 'Isn't it?' said Connie. | — Не о таком, — согласилась Конни. |
| So this woman knew! How much did the rest of the servants know or suspect? | Значит, миссис Болтон все знает. А остальные слуги — знают ли они, подозревают ли о чем-то? |
random book preview
(Lawrence David Herbert, "Lady Chatterleys Lover")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |