|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| "Are you done with her, Aes Sedai?" Sorilea asked, stepping into the room. The leathery, white-haired Wise One spoke to Cadsuane, but her eyes remained on Alanna. Ivory and gold clicked softly at her wrists as she planted hands on her hips, and her dark shawl slid to her elbows. | – Ты закончила с ней, Айз Седай? – спросила Сорилея, входя в комнату. Вопрос седовласой Хранительницы Мудрости был обращен к Кадсуане, однако смотрела она при этом на Аланну. Хранительница подбоченилась; шаль сползла ей на локти, и на запястьях мягко блеснули золото и кость браслетов. |
| When Cadsuane said that she was indeed done, Sorilea gestured curtly to Alanna, who stalked from the room. Flounced might have been a better word, with sullen irritation on her face. Sorilea frowned after her. Cadsuane had encountered the woman before, and interesting encounters they had been, if brief. She had not met many people she considered formidable, but Sorilea was one. Perhaps even a match for herself, in some ways. She also suspected the woman was as old as she was, maybe older, and that, she had never expected to find. | Услышав утвердительный ответ, Сорилея жестом отослала Аланну, и та выскочила из комнаты. Точнее сказать – вылетела. Сорилея проводила ее хмурым взглядом. Кадсуане уже встречалась с Сорилеей, и та встреча, хоть и была непродолжительной, запомнилась надолго. Мало кого из знакомых ей женщин Кадсуане назвала бы внушительной, но Сорилея относилась именно к таким. Возможно, по-своему, не в меньшей степени, чем сама Кадсуане. К тому же у Кадсуане имелось подозрение, что Хранительница Мудрости ничуть не моложе ее, если не старше, что казалось совсем уж невероятным. |
| No sooner had Alanna vanished than Kiruna appeared in the doorway, kicking gray silk skirts in her hurry and peering down the hall in the direction Alanna had gone. And carrying an intricately worked golden tray that held an even more elaborate golden pitcher with a high neck, and, incongruously, two small, white-glazed pottery cups. "Why is Alanna running?" she said. "I would have been faster, Sorilea, but – " She saw Cadsuane then, and her cheeks went the deepest possible crimson. Embarrassment looked quite odd on the statuesque woman. | Едва исчезла Аланна, в комнату торопливо вошла Кируна с затейливой работы золотым подносом, на котором стояли столь же причудливый золотой кувшин с длинным, узким горлышком и две крохотные чашки из покрытой белой глазурью глины, выглядевшие совершенно нелепо. – Почему Аланна бежит? – промолвила она, оглядываясь в сторону коридора. – Сорилея, я явилась бы раньше, но... Тут Кируна заметила Кадсуане, и щеки ее побагровели от смущения, никак не вязавшегося с величавым обликом этой женщины. |
| "Put the tray on the table, girl," Sorilea said, "and go to Chaelin. She will be waiting to give you your lessons." | – Поставь поднос на стол, девочка, – сказала Сорилея, – и отправляйся к Челин. Она ждет тебя для урока. |
| Stiffly, Kiruna set her burden down, avoiding Cadsuane’s eyes. As she turned to go, Sorilea caught her chin in sinewy fingers. "You have begun to make a true effort, girl," the Wise One told her firmly. "If you continue, you will do very well. Very well. Now, go. Chaelin is not as patient as I." | Избегая взгляда Кадсуане, Кируна поставила поднос и уже повернулась, когда Сорилея ухватила ее костлявыми пальцами за подбородок и жестко произнесла: – Ты делаешь успехи, девочка, во всяком случае, стараешься. Продолжай в том же духе, и все будет хорошо. Очень хорошо. А сейчас ступай. Челин не так терпелива, как я. |
| Sorilea waved toward the corridor, but Kiruna stood staring at her for a long moment, a strange expression on her face. If Cadsuane had had to make a wager, she would have called Kiruna pleased at the praise and surprised at being pleased. The white-haired woman opened her mouth, and Kiruna gave herself a shake and hurried from the room. A remarkable show. | Сорилея жестом указала на дверь, но Кируна замешкалась, глядя на нее со странным выражением. Кадсуане готова была пари держать, что Кируна рада похвале и удивлена, что ее похвалили. Седовласая Хранительница открыла рот, и Кируна опрометью бросилась вон из комнаты. Примечательное зрелище. |
| "Do you really think she will learn your ways of weaving saidar?" Cadsuane asked, hiding her incredulity. Kiruna and the others had told her of these lessons, but many of the Wise Ones’ weaves were very different from those taught in the White Tower. The first way you learned the weave for a particular thing imprinted itself on you; learning a second was all but impossible, and even when you could learn, the second-learned weave almost never worked nearly as well. That was one reason some sisters did not welcome wilders to the Tower at any age; too much might have been learned already, and could not be unlearned. | – Ты на самом деле считаешь, что они научатся сплетать саидар по-вашему? – спросила Кадсуане с сомнением в голосе. Кируна и другие рассказывали ей о своих уроках, и она знала, что многие из плетений Хранительниц Мудрости сильно отличались от принятых в Белой Башне. Так же, как знала и другое: способ, которым ты учишься свивать потоки впервые, накрепко запечатлевается в памяти, и освоить иной почти невозможно. Даже если это и удается, новый способ никогда не будет срабатывать и вполовину так же хорошо, как прежний. Поэтому многие сестры в Белой Башне считали возню с дичками любого возраста пустой тратой времени: переучить стократ труднее, чем научить чему-то с нуля. |
| Sorilea shrugged. "Perhaps. Learning a second way is hard enough without all the hand-waving you Aes Sedai do. The main thing Kiruna Nachiman must learn is that she owns her pride; it does not own her. She will be a very strong woman once she learns that." Pulling a chair around to face the one Cadsuane had been sitting in, she eyed it doubtfully, then sat down. She appeared almost as stiff and uncomfortable as Kiruna had, but she motioned authoritatively for Cadsuane to sit, a strong-willed woman used to command. | Сорилея пожала плечами. – Возможно. Конечно, ей трудно привыкнуть обходиться без всех этих рукомашеств, которые в ходу у вас, Айз Седай. Но главное не это. Кируна Начиман обязана усвоить, что она должна повелевать своей гордостью, а не гордость – ею. Научившись этому, она станет очень сильной женщиной. Подтянув кресло, чтобы оно стояло напротив Кадсуане, Сорилея посмотрела на него с глубоким сомнением, но потом села. Двигалась она при этом скованно, чуть ли не так же напряженно, как недавно Кируна, но жест, которым Хранительница пригласила сесть Кадсуане, указывал на могучую волю и привычку повелевать. |
| Cadsuane swallowed a rueful chuckle as she took her chair. It was well to be reminded that, wilders or not, the Wise Ones were far from ignorant savages. Of course they would know the difficulties. As for hand-waving... Few had channeled where she could see, but she had noticed that they created some weaves without the gestures that sisters used. The hand movements were not truly part of the weave, but in a way they were, because they had been part of learning the weave. Perhaps, once, there had been Aes Sedai who could, say, hurl a ball of fire without some sort of throwing motion, but if so, they were long dead, and their teachings with them. Today, some things just could not be done without the appropriate gestures. There were sisters who claimed they could tell who had taught another sister by which motions she used for which weaves. | Усаживаясь, Кадсуане проглотила невеселый смешок. Оставалось признать, что, дички они или нет, айильские Хранительницы отнюдь не невежественны. Что же до «рукомашества»... Редкая из них направляла здесь Силу в ее присутствии, но все же Кадсуане отметила, что они сплетают многие потоки, не прибегая к жестам, которыми пользовались сестры. По существу, движения рук не являлись частью процесса плетения, но обученные действовать так Айз Седай просто не могли обойтись без этого. Поговаривали, будто прежде некоторые сестры из Башни умели запускать огненные шары, не имитируя рукой бросок, но они давно умерли, и их учение растаяло в череде лет вместе с ними. Ныне многие действия, связанные с Силой, казалось невозможным осуществить без соответствующих жестов, и некоторые Айз Седай по движениям рук могли без труда определить, у кого та или иная сестра училась искусству плетения. |
| "Teaching any of our new apprentices anything has been difficult at best," Sorilea went on. "I do not speak to offend, but you Aes Sedai give oath, it seems, and immediately try to find a way around it. Alanna Mosvani is particularly difficult." Suddenly her clear green eyes were very sharp on Cadsuane’s face. "How can we punish her willful failings if it means harming the Car’a’carn’?" | – В любом случае обучать наших новых учениц очень непросто, – продолжила Сорилея. – Не сочти за обиду, но, кажется, вы, Айз Седай, едва принеся обет, тут же начинаете искать способ его обойти. – Неожиданно взгляд ее ясных, зеленых глаз заострился. – Особенно трудная ученица – Аланна Мосвани. Как мы можем наказать ее за небрежение и упрямство, если это способно повредить Кар’а’карну? |
| Cadsuane folded her hands in her lap. Masking surprise was not easy. So much for the secret of Alanna’s crime. But why had the woman let her know that she knew? Perhaps one revelation called for another. "The bond does not work in that fashion," she said. "If you kill her, he will die, then or soon after. Short of that, he will be aware of what happens to her, but he will not really feel it. As far away as he is now, he will only be vaguely aware, at that." | Кадсуане сложила руки на коленях, с трудом скрывая удивление. Итак, о преступлении Аланны знает куда больше народу, чем кажется. Но почему эта женщина дала ей понять, что знает и она? Быть может, желает вызвать на ответную откровенность? – Узы не срабатывают так уж прямо, – ответила Кадсуане. – Если вы убьете ее, он, рано или поздно, умрет, но если причините боль или что-то в этом роде, просто будет знать, что ей плохо, хотя сам той же боли не почувствует. А на далеком расстоянии – как сейчас – это будет лишь смутным ощущением. Не больше. |
| Sorilea nodded slowly. Her fingers touched the golden tray on the table, then came away. Her expression was as hard to read as the face of a statue, but Cadsuane suspected that Alanna would find an unpleasant surprise the next time she let her temper flare, or threw one of her Arafellin sulks. That was unimportant, though. Only the boy was important. | Сорилея медленно кивнула. Ее пальцы прикоснулись к золотому подносу, потом отодвинулись. Выражение лица оставалось столь же непроницаемым, как у каменной статуи, но Кадсуане предполагала, что когда Аланна вздумает в очередной раз выказывать характер или закапризничать на арафелский манер, она столкнется с неприятными неожиданностями. Но это не имеет значения. Значение имеет только паренек. |
| "Most men will take what is offered, if it seems attractive and pleasant," Sorilea said. "Once, we thought of Rand al’Thor so. Unfortunately, it is too late to change the path we walk. Now, he suspects whatever is offered freely. Now, if I wanted him to accept something, I would pretend I did not want him to have it. If I wanted to stay close to him, I would pretend indifference to whether I ever saw him again." Once more, those eyes focused on Cadsuane, green augers. Not trying to see what lay inside her head. The woman knew. Some, at least. Enough, or too much. | – Мужчины по большей части охотно берут, что им предлагают, если находят это привлекательным и способным доставить удовольствие, – снова заговорила Сорилея. – Раньше мы думали так же и о Ранде ал’Торе. К сожалению, нам поздно сворачивать с тропы, по которой мы зашли уже далеко, а он сейчас не таков. Ко всему, что предлагается свободно, он относится с подозрением. Пожелай я, чтобы он принял что-то от меня в дар, мне придется притвориться, будто я мечтаю лишить его этой вещи. Чтобы быть рядом с ним, приходится делать вид, будто тебе безразлично, увидишь ты его в жизни хотя бы еще раз или нет. |
| Still, Cadsuane felt a rising thrill of possibility. If she had had any doubts that Sorilea wanted to feel her out, they were gone. And you did not feel out someone in this manner unless you hoped for some agreement. "Do you believe a man must be hard?" she asked. She was taking a chance. "Or strong?" By her tone, she left no doubt she saw a difference. | И снова зеленые буравчики ее глаз впились в лицо Кадсуане. Сорилея знала. Знала достаточно, если не слишком много. И тут Кадсуане ощутила возбуждение от открывающейся возможности. Сорилея не стала бы прощупывать ее таким образом, не надеясь на какое-то соглашение. |
| Again Sorilea touched the tray; the smallest of smiles might have quirked her lips for an instant. Or not. "Most men see the two as one and the same, Cadsuane Melaidhrin. Strong endures; hard shatters." | – Ты считаешь, мужчина должен быть тверд? – спросила она. – Или силен? – Тон Айз Седай не оставлял сомнений в том, что разница между двумя понятиями для нее очевидна. |
| Cadsuane drew breath. A chance she would have scoured anyone else for taking. But she was not anyone else, and sometimes chances had to be taken. "The boy confuses them," she said. "He needs to be strong, and makes himself harder. Too hard, already, and he will not stop until he is stopped. He has forgotten how to laugh except in bitterness; there are no tears left in him. Unless he finds laughter and tears again, the world faces disaster. He must learn that even the Dragon Reborn is flesh. If he goes to Tarmon Gai’don as he is, even his victory may be as dark as his defeat." | Сорилея прикоснулась к подносу, и ее губы на кратчайший миг изогнулись в некоем подобии улыбки. Или это только показалось? – Большинство мужчин думает, будто это одно и то же, Кадсуане Меледрин. Однако сильное выдержит там, где твердое расколется. Кадсуане вздохнула. Открывающаяся возможность влекла, но была связана с таким риском, что другая на ее месте едва ли решилась бы испробовать. Но то другая – а она была самой собой. – Паренек путает одно с другим, – сказала Кадсуане. – Ему нужно стать сильнее, а он делает себя тверже. Он слишком тверд даже сейчас, но не остановится, если его не остановят. Он разучился смеяться, разве что горьким смехом, разучился плакать, и если не обретет снова слезы и смех, мир столкнется с большой опасностью. Если он выйдет на Тармон Гай’дон таким, как сейчас, даже его победа обернется не меньшей бедой, чем поражение. |
| Sorilea listened intently, and kept silent even after Cadsuane finished. Those green eyes studied her. "Your Dragon Reborn and your Last Battle are not in our prophecies," Sorilea said at last. "We have tried to make Rand al’Thor know his blood, but I fear he sees us as only another spear. If one spear breaks in your hand, you do not pause to mourn before taking up another. Perhaps you and I aim at targets not too far apart." | Сорилея выслушала Кадсуане, не сводя с нее пристального взгляда, и лишь когда та закончила, заговорила сама: – Возрожденный Дракон, Последняя Битва – все это не из наших Пророчеств. Мы пытались заставить Ранда ал’Тора вспомнить, кто он по крови, но боюсь, он видит в нас всего лишь одно из своих копий. Если копье ломается, о нем некогда скорбеть, надо поскорее браться за другое. Возможно, мы с тобой целим в мишени, отстоящие одна от другой не так уж далеко. |
| "Perhaps we do," Cadsuane said cautiously. Targets even a hand apart might be not at all alike. | – Возможно, – осторожно кивнула Кадсуане, думая о том, что мишени, отстоящие всего лишь на пядь, совсем не обязательно одинаковы. |
| Abruptly, the glow of saidarsurrounded the leather-faced woman. She was weak enough to make Daigian look at least moderately strong. But then, Sorilea’s strength did not lie in the Power. "There is a thing you may find useful," she said. "I cannot make it work, but I can weave the flows to show you." She did just that, laying feeble skeins that fell into place and melted, too poor to do what they were intended for. "It is called Traveling," Sorilea said. | Внезапно старую Хранительницу окружило свечение саидар. В Единой Силе Сорилея была очень слаба, заметно слабее Дайгиан. Сила этой женщины заключалась вовсе не в способности направлять. – Есть одно плетение, которое может показаться тебе полезным, – сказала она. – Заставить его работать я не смогу, но показать тебе сумею. – И она показала – свила тонкую, слабую, тут же распавшуюся паутинку. – Это называется Перемещением, – заключила Сорилея. |
| This time, Cadsuane’s jaw dropped. Alanna and Kiruna and the rest denied teaching the Wise Ones how to link, or a number of other skills they suddenly seemed to have, and Cadsuane had assumed the Aiel had managed to wring them out of the sisters held in the tents. But this was... | На сей раз у Кадсуане отвисла челюсть. Аланна, Кируна и прочие отказывались учить Хранительниц Мудрости Соединению и некоторым другим умениям, которыми, как вдруг выяснилось, те все же владеют. Кадсуане думала, что Айил вырвали знания у сестер, содержавшихся пленницами в их палатках. Но такое!.. |
random book preview
(Jordan Robert, "The Path of Daggers")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |