|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| She gasped. He squeezed harder. She swung back, head lolling, breasts thrust toward the ceiling. Her body was oiled now with sweat. Her nakedness maddened and inflamed him. | Она рванулась, вся мокрая от пота. – Говори. Не можешь выдержать… |
| “Tell me,” he said. “You can’t stand—” “—being near you,” she said. | – Твоей близости, – призналась она. |
| SIX 1 | 6 |
| Within the maze the air was somehow warmer and sweeter. The walls must cut off the winds, Rawlins thought. He walked carefully, listening to the voice at his ear. | В лабиринте было немного теплее, а воздух более мягкий, чем на равнине. «По-видимому, стены не пропускают ветра», – подумал Раулинс. Он осторожно двигался, прислушиваясь к голосу в своих наушниках. |
| Turn left… three paces… put your right foot beside the black stripe on the pavement… pivot… turn left… jour paces… ninety-degree turn to the right… immediately make a ninety-degree turn to the right again. | «Три шага влево… сверни… поставь ногу у этого черного камня – полосы на тротуаре. Полный оборот… сверни влево… четыре шага… поворот на 90 градусов вправо, еще поворот на девяносто градусов вправо…» |
| It was like a children’s street game—step on a crack, break your mother’s back. The stakes were higher here, though. He moved cautiously, feeling death nipping at his heels. What sort of people would build a place like this? Ahead an energy flare spurted across the path. The computer called off the timing for him. One, two, three, four, five, GO! Rawlins went. Safe. On the far side he halted flatfooted, and looked back. Board-man was keeping pace with him, unslowed by age. Boardman waved and winked. He went through the patterns, too. One, two, three, jour, five, GO! Boardman crossed the place of the energy flare. “Should we stop here for a while?” Rawlins asked. “Don’t be patronizing to the old man, Ned. Keep moving. I’m not tired yet.” | Это немного напоминало детскую игру. Но только ставка здесь была более высокой. Раулинс осторожно делал каждый шаг, чувствуя, как смерть идет за ним по пятам. Он увидел луч энергии, стреляющий в тротуар прямо перед ним. Компьютер приказал остановиться. Один, два, три, четыре, пять. Иди! Он двинулся дальше. Безопасно. На другой стороне остановился и оглянулся. Бордмен, хотя и был значительно старше, поспевал за ним. Хорошо. Теперь он тоже проходит через эти ловушки и уже проскочил место, откуда бил луч. – Немного отдохнем? – спросил Раулинс. – Не относись так снисходительно к старому человеку, Нед. Не останавливайся. Я пока еще не устал. |
| “We have a tough one up ahead.” | – У нас еще трудный отрезок впереди. |
| “Let’s take it, then.” | – Тогда не будем мешкать. |
| Rawlins could not help looking at the bones. Dry skeletons ages old, and some bodies that were not old at all. Beings of many races had perished here. | Раулинс просто не мог смотреть на эти кости. Высохшие скелеты, лежащие здесь веками, и чьи-то останки, вовсе не такие древние. Существа разных миров нашли здесь свою смерть. |
| What if I die in the next ten minutes? | «А что, если я погибну здесь в ближайшие десять минут?» |
| Bright lights were flashing now, on and off many times a second. Boardman, five meters behind him, became an eerie figure moving in disconnected strides. Rawlins passed his own hand before his face to see the jerky movements. It was as though every other fraction of a second had simply been punched out of his awareness. | Вокруг него много раз в секунду вспыхивали яркие огни. Бордмен, двигающийся рывками в пяти метрах сзади, выглядел довольно любопытно. Оглянувшись, Раулинс был вынужден махнуть рукой перед глазами, чтобы увидеть эти конвульсивные движения. Это было похоже на то, как будто он с каждой долей секунды все больше терял сознание. |
| The computer told him: Walk ten paces and halt. One. Two. Three. Walk ten paces and halt. One. Two. Three. Walk ten paces and halt. One. Two. Three. Proceed quickly to end of ramp. | Он услышал голос компьютера: «Пройди десять шагов и стой там. Раз, два, три. Подойди быстро к краю этой площади». |
| Rawlins could not remember what would happen to him if he failed to keep to the proper timing. Here in Zone H the nightmares were so thick that he could not keep them straight in his mind. Was this the place where a ton of stone fell on the unwary? Where the walls came together? Where a cobweb-dainty bridge delivered victims to a lake of fire? His estimated lifespan at this point was two hundred five years. He wanted to have most of those years. I am too uncomplicated to die yet, Ned Rawlins thought. He danced to the computer’s tune, past the lake of fire, past the clashing walls. 2 | Он не понял, что ему тут угрожало, но придерживался указаний. Здесь, в зоне N, кошмары поджидали почти всюду, и у него в памяти путалась их очередность. Может быть, именно здесь камень весом в тонну падает на невнимательного путешественника? И где те стены, которые схлопываются? Где прекрасный, затейливый мост, ведущий в огненное озеро? Учитывая среднюю продолжительность жизни, он мог бы спокойно прожить еще двести пять лет. Хотелось пожить как можно дольше. «Я еще слишком молод, чтобы просто так умереть». Он плясал под мелодию, выдаваемую ему компьютером, и поэтому, миновал и огненное озеро, и сталкивающиеся стены. |
| Something with long teeth perched on the lintel of the door ahead. Carefully Charles Boardman unslung the gun from his backpack and cut in the proximity-responsive target finder. He keyed it for thirty kilograms of mass and downward, at fifty meters. “I’ve got it,” he told Rawlins, and fired. | Зверь с длинными зубами сидел на пороге дома прямо перед ними. Чарли Бордмен осторожно отцепил от своего ранца оружие и включил автоматическую наводку. Поставил на тридцать килограммов массы в радиусе пятидесяти метров. |
| The energy bolt splashed against the wall. Streaks of shimmering green sprouted along the rich purple. The beast leaped, limbs outstretched in a final agony, and fell. From somewhere came three small scavengers that began to rip it to pieces. | – Не промахнись, – сказал Раулинс, и он выстрелил. |
| Boardman chuckled. It didn’t take much skill to hunt with proximity-responsives, he had to admit. But it was a long time since he had hunted at all. When he was thirty, he had spent a long week in the Sahara Preserve as the youngest of a party of eight businessmen and government consultants on a hunt. He had done it for the political usefulness of making the trip. He had hated it all: the steaming air in his nostrils, the blaze of the sun, the tawny beasts dead against the sand, the boasting, the wanton slaughter. At thirty one is not very tolerant of the mindless sports of the middle-aged. Yet he had stayed, because he thought it would be useful to him to become friendly with these men. It had been useful. He had never gone hunting again. But this was different, even with proximity-responsives. This was no sport. 3 | Луч энергии рассеялся, попав в стену. Рассыпались струи зелени на ярко-фиолетовом фоне. Зверь спрыгнул с порога, вытянул лапы в агонии и упал. Тут откуда-то появились три маленькие зверюшки, питающиеся падалью, и принялись рвать его на куски. Бордмен захохотал. Чтобы стрелять из оружия с автоматической наводкой не обязательно быть хорошим стрелком. Это надо признать. Но он уже довольно давно не охотился. Когда ему было тридцать, он провел длинную неделю на охоте в заповеднике Сахара с группой значительно более важных тузов, чем он. Бордмен охотился с этими людьми в интересах своей карьеры, ему там не очень-то нравилось. Душный воздух, резкий солнечный свет, грязные мертвые звери, лежащие на песке, хвастливые речи этих охотников, бессмысленное убийство. Когда тебе тридцать, развлечения людей среднего возраста не совсем понятны тебе. Но тогда он выдержал до конца, надеясь, что это оправдает себя в дальнейшем и сослужит неплохую службу. И это действительно принесло свои плоды. Но теперь, здесь, это совсем иное, даже несмотря на карабин с автоматической наводкой. Это уже не развлечение, не спорт. |
| Images played on a golden screen bracketed to a wall near the inner end of Zone H. Rawlins saw his father’s face take form, coalesce with an underlying pattern of bars and crosses, burst into flame. The screen was externally primed; what it showed was in the eye of the beholder. The drones, passing this point, had seen only the blank screen. Rawlins watched the image of a girl appear. Maribeth Chambers, sixteen years old, sophomore in Our Lady of Mercies High School, Rockford, Illinois. Maribeth Chambers smiled shyly and began to remove her clothes. Her hair was silken and soft, a cloud of gold; her eyes were blue, her lips were full and moist. She unhinged her breast-binders and revealed two firm upthrust white globes tipped with dots of flame. They were high and close together, as though no gravity worked on them, and the valley between them was six inches deep and a sixteenth of an inch in breadth. Maribeth Chambers blushed and bared the lower half of her body. She wore small garnets set in the dimples just above her plump pink buttocks. A crucifix of ivory dangled from a golden chain around her hips. Rawlins tried not to look at the screen. The computer directed his feet; he shuffled along obediently. | Картинки менялись на золотистом экране, помещенном на опорах прямо под стеной, рядом с внешним краем зоны N. Раулинс увидел лицо своего отца. Сначала изображение было резким, постепенно оно слилось с фоном, прутьями и крестами, после чего его охватило пламя. Проекция, которую каким-то образом составлял взгляд смотрящего. Роботы, проходя здесь, видели пустой экран. Раулинс увидел шестнадцатилетнюю Мэрибит Чандлер, ученицу второго курса лицея, под патронатом Милосердной Госпожи в Роксфорде, штат Иллинойс. Мэрибит с робкой улыбкой принялась раздеваться. Волосы у нее были мягкими, шелковистыми, как облачко, сквозь которое светит солнце, а губы пухлыми и влажными. Она расстегнула лифчик и показала два больших шара с кончиками, горящими, как огоньки. Эти груди были посажены так высоко, как будто не подчинялись силе притяжения, и были разделены промежутком в одну шестнадцатую дюйма, хотя и шестидюймовой глубины. Мэрибит покраснела и обнажила нижнюю часть своего тела. Во впадинах, прямо над ее розовыми ягодицами, блестели аметисты. Бедра украшала золотая цепочка с крестиками из слоновой кости. Раулинс, пытаясь не смотреть на экран, прислушивался к голосу компьютера, руководящего каждым шагом. |
| “I am the Resurrection and the Life,” said Maribeth Chambers in a husky, passionate voice. She beckoned with the tips of three fingers. She gave him a bedroom wink. She crooned sweet obscenities. Step around in back here, big boy! Let me show you a good time… She giggled. She wriggled. She heaved her shoulders and made her breasts ring like tolling bells. Her skin turned deep green. Her eyes slid about in her face. Her lower lip stretched forth like a shovel. Her thighs began to melt. Patterns of flame danced on the screen. Rawlins heard deep throbbing ponderous chords from an invisible organ. He listened to the whispering of the brain that guided him and went past the screen unharmed. | – Я есть воскресенье и жизнь, – сказала Мэрибит страстным и низким голосом. И, подмигнув, поманила его тремя пальцами. Ворковала какие-то скабрезности. – Иди сюда, за этот экран, мой мальчик! Я покажу тебе, как может это быть приятно… – Она хохотала. Вся извивалась. И тогда груди звонили, как колокола. Ее кожа стала темно-зеленого цвета. Глаза переменили место и начали молниеносно передвигаться по лицу. Нижняя губа увеличилась, и внезапно экран закрыли пляшущие огоньки. Раулинс услышал глубокие, мощные аккорды невидимых органов. Послушный шепоту мозга, который им руководил, он успешно миновал эту ловушку. |
| 4 The screen showed abstract patterns: a geometry of power, rigid marching lines and frozen figures. Charles Boardman paused to admire it for a moment. Then he moved on. 5 | Экран показывал какие-то абстрактные узоры: геометрические фигуры, прямые линии, марши, неподвижные изображения. Бордмен остановился посмотреть на это. Затем двинулся дальше. |
| A forest of whirling knives near the inner border of Zone H. | Лес вибрирующих ножей у внешней границы зоны N. |
random book preview
(Robert Silverberg, "The Man In The Maze")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |