|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| "Yes," he says, for her eyes have fixed on his arms. "I seem to be doing spring cleaning." He shrugs the bundle to clarify. | – Да, а я вот решил подумать о весенней чистке, – поясняет он, видя, что она уставилась на его руки, и для наглядности встряхивает сверток. |
| "Good," she says, with a surprising sarcastic snarl. "You young husbands, you certainly take the bit in your teeth." Then she twists, and exclaims, "Why, there's a clergyman in there!" | – Прекрасно, – с неожиданно саркастической ухмылкой отзывается мисс Арндт. – Молодые мужья вечно мчатся закусив удила. – И, повернувшись кругом, восклицает: – Ой, священник! |
| The gray car has come back, even more slowly, down the center of the street. With a dismay that makes the bundle of clothes double its weight in his arms, Rabbit realizes he is pinned. He lurches from the porch and strides past Miss Arndt saying, "I got to run," right on top of her considered remark, "It's not Reverend Kruppenbach." | Зеленая машина еще медленнее прежнего возвращается обратно посередине улицы. В тревоге, которая удваивает вес узла с одеждой. Кролик видит, что попался. Он скатывается с крыльца, пробегает мимо мисс Арндт и в ответ на ее глубокомысленное замечание: «Нет, это не преподобный Круппенбах», говорит: «Мне пора». |
| No, of course not Kruppenbach; Rabbit knows who it is, though he doesn't know his name. The Episcopalian. The Springers were Episcopalians, more of the old phony's social climbing, they were originally Reformeds. Rabbit doesn't quite run. The downhill pavement jars his heels at every stride. He can't see the cement under the bundle he carries. If he can just make the alley. His one hope is the minister can't be sure it's him. He feels the gray car crawling behind him; he thinks of throwing the clothes away and really running. If he could get into the old ice plant. But it's a block away. He feels Ruth, the dishes done, waiting on the other side of the mountain. | Нет, конечно, это не Круппенбах. Кролик знает, кто это, хотя и не знает, как его зовут. Священник епископальной церкви. Спрингеры ходят в епископальную церковь – еще одна уловка, с помощью которой старый подонок пытается пролезть в высшее общество; раньше они принадлежали к реформатской церкви. Кролик не то чтобы бежит; идущий под уклон тротуар на каждом шагу хватает его за пятки. Сверток заслоняет асфальт. Хотя бы до переулка добраться. Единственная надежда, что священник его не узнает. Он чувствует, что зеленая машина ползет за ним; может, бросить вещи и на самом деле дать деру? Хорошо бы спрятаться на старой фабрике искусственного льда. Но до нее еще целый квартал. Рут, наверно, уже вымыла посуду и ждет его по ту сторону горы. Синева за синевой под синевой. |
| As a shark nudges silent creases of water ahead of it, the gray fender makes ripples of air that break against the back of Rabbit's knees. The faster he walks the harder these ripples break. Behind his ear a childishly twanging voice pipes, "I beg your pardon. Are you Harry Angstrom?" | Подобно акуле, беззвучно рассекающей перед собою воду, зеленое крыло машины поднимает в воздух зыбь, которая ударяет Кролика сзади под коленки. Чем быстрее он шагает, тем сильнее зыбь ударяется в него. Позади тонкий детский голосок гнусавит: – Простите, вы не Гарри Энгстром? |
| With a falling sensation of telling a lie Rabbit turns and halfwhispers, "Yes." | Чувствуя, как слабеет желание соврать. Кролик оборачивается и полушепотом отвечает: |
| The fair young man with his throat manacled in white lets his car glide diagonally against the curb, yanks on the handbrake, and shuts off the motor, thus parking on the wrong side of the street, cockeyed. Funny how ministers ignore small laws. Rabbit remembers how Kruppenbach's son used to tear around town on a motorcycle. It seemed somehow blasphemous. "Well, I'm Jack Eccles," this minister says, and inconsequently laughs a syllable. The white stripe of an unlit cigarette hanging from his lips makes with the echoing collar a comic picture in the car window. He gets out of his car, a '58 Buick four—door Special, with those canted fins and that rocket—arc of chrome on the side, and offers his hand. To accept it Rabbit has to put his big ball of clothes down in the strip of grass between the pavement and curb. | – Да. Молодой блондин с какими-то белыми путами на шее сворачивает к левому тротуару, вытягивает ручной тормоз, глушит мотор и, таким образом, ставит машину не на той стороне улицы и к тому же под косым углом. Забавно, как эти священники игнорируют мелкие правила. Кролик вспоминает, как сын Круппенбаха носился по городу на мотоцикле. Это всегда казалось ему богохульством. – Я Джек Экклз, – говорит священник, совершенно некстати хихикнув. В сочетании с белым воротником приклеенная к губам белая полоска незажженной сигареты производит комический эффект. Он вылезает из автомобиля, оливково-зеленого четырехдверного «бьюика» образца пятьдесят восьмого года, и протягивает Кролику руку. Чтобы пожать ее, тому приходится положить узел с одеждой на газон между мостовой и тротуаром. |
| Eccles' handshake, eager and practiced and hard, seems to symbolize for him an embrace. For an instant Rabbit fears he will never let go. He feels caught, foresees explanations, embarrassments, prayers, reconciliations rising up like dank walls; his skin prickles in desperation. He senses tenacity in his captor. | Рукопожатие Экклза, энергичное, отработанное и крепкое, очевидно, должно символизировать объятие. На мгновение Кролику кажется, что он его уже никогда не выпустит. Он чувствует, что попался; предвидит объяснения, смущенные недомолвки, мольбы, примирения – все это встает перед ним, как сырые унылые стены; от отчаяния по коже пробегают мурашки. В его преследователе чувствуется упорство. |
| The minister is about his age or a little older and a good bit shorter. But not small; a sort of needless muscularity runs under his black coat. He stands edgily, with his chest faintly cupped. He has long reddish eyebrows that push a worried wrinkle around above the bridge of his nose, and a little pale pointed knob of a chin tucked under his mouth. Despite his looking vexed there is something friendly and silly about him. | Священник одних лет с ним, может быть, чуть-чуть постарше, но намного ниже ростом. Однако он не тщедушен; под черным пиджаком играет явно бесполезная мускулатура. Он чем-то раздосадован и стоит слегка выпятив грудь. Длинные рыжеватые брови образуют озабоченную морщинку над переносицей, под ртом торчит маленький, бледный, острый, как шишка, подбородок. Несмотря на сердитый вид, в нем чувствуется что-то дружелюбное и глуповатое. |
| "Where are you going?" he asks. | – Куда вы идете? – спрашивает он. |
| "Huh? Nowhere." Rabbit is distracted by the man's suit; it only feigns black. It is really blue, a sober but elegant, lightweight, midnight blue. While his little vest or bib or whatever is black as a stove. The effort of keeping the cigarette between his lips twists Eccles' laugh into a snort. He slaps the breasts of his coat. "Do you have a match by any chance?" | – Что? Никуда. Кролика сбивает с толку костюм этого типа. Костюм только притворяется черным, на самом деле он темно-синий, скромный, но элегантный, из облегченной ткани. Манишка, слюнявчик, или как там эта штука называется, напротив, черна, как печка. Экклз хочет улыбнуться, но, стараясь удержать в губах сигарету, вместо этого фыркает. Он хлопает себя по пиджаку. – У вас случайно нет спички? |
| "Gee I'm sorry, no. I quit smoking." | – К сожалению, нет. Я бросил курить. |
| "You're a better man than I am." He pauses and thinks, then looks at Harry with startled, arched eyebrows. The distention makes his gray eyes seem round and as pale as glass. "Can I give you a lift?" | – Значит, вы добродетельнее меня. – Задумавшись, он смотрит на Гарри, испуганно подняв брови. От напряжения его серые глаза становятся круглыми и бледными, как стекло. – Хотите, я вас подвезу? |
| "No. Hell. Don't bother." | – Нет, черт возьми. Не беспокойтесь. |
| "I'd like to talk to you." | – Я хотел бы с вами побеседовать. |
| "No; you don't really want to, do you?" | – В самом деле? |
| "I do, yes. Very much." | – Серьезно. Даже очень. |
| "Yeah. O.K." Rabbit picks up his clothes and walks around the front of the Buick and gets in. The interior has that sweet tangy plastic new—car smell; he takes a deep breath of it and it cools his fear. "This is about Janice?" | – Ладно. – Кролик подбирает с земли свою одежду, обходит «бьюик» спереди и садится. Внутри стоит острый сладковатый запах пластика – запах новой машины; глубоко вдохнув его, Кролик немного успокаивается. – Это насчет Дженис? |
| Eccles nods, staring out the rear window as he backs away from the curb. His upper lip overhangs his lower; there are scoops of weary violet below his eyes. Sunday would be his heavy day. | Экклз кивает и, повернув голову и глядя в заднее стекло, отъезжает от тротуара. Его верхняя губа от усердия натягивается на нижнюю, под глазами – усталые фиолетовые впадины. Воскресенье для него тяжелый день. |
| "How is she? What did she do?" | – Как она? Что делает? |
random book preview
(Updike John, "Rabbit Is Rich")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |