|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| The last of the spines was out of his body now. It made him feel pleasantly light, as if the weight of them had dragged him down. | Теперь из его тела был выдернут последний шип, и он ощутил приятную легкость, как-будто раньше вес шипов притягивал его к земле. |
| "Let this now be a sign to all of you, that the King of Xibalba touches all men and women of the world. This village will be struck with a plague, but not one of you will die of it." That promise had a chance of failure -- the immunologists said that one in 100,000 would die of it. If one of those bad reactions came in Atetulka, Hunahpu would deal with it well enough. And compared to the millions who died of smallpox and other diseases in the old history, it was a small price to pay. "The plague will go forth from this village to every land, until all people have been touched by the finger of the King. And they will all say, From Atetulka came the sickness of the lords of Xibalba. It came first to you, because I came first to you, because the King of Xibalba chose you to lead the world. Not as the Mexica lead, in blood and cruelty, but as the King of Xibalba leads, in wisdom and strength." Might as well make the immunity virus part of the divinity show. | – А теперь вам будет знак, что король Шибальбы не забывает никого из вас: все вы, жители этой деревни, заболеете, но ни один из вас не умрет от этой болезни. Обещая это, он шел на риск: иммунологи сказали, что умирает один из ста тысяч заболевших. Если им будет житель Атетульки, Хунакпу сумеет с этим справиться. В сравнении с миллионами, умершими в старой истории от оспы и других болезней, это не такая уж большая плата. – Болезнь из этой деревни будет распространяться во все другие страны, пока перст короля не коснется всех. И все будут повторять, что болезнь правителей Шибальбы пришла из Атетульки. Вас она поразит первыми, потому что я сначала пришел к вам, потому что король Шибальбы выбрал вас, чтобы вы повели за собой мир. Не так, как это делали мексиканцы, с потоками крови и бесчисленными жестокостями, а так, как это делает король Шибальбы в своей мудрости и силе. Почему бы не сделать вирус иммунитета элементом божественного шоу? |
| He looked around at their faces. Awe, and surprise, and, here and there, resentment. Well, that was to be expected. The power structure in this village was going to be transformed many times over before this was finished. Somehow these people would become leaders of a great empire. Only a few of them would be up to the challenge; many would be left behind, because they were suited only to the life of a village. There was no dishonor in that, but some would feel left out and hurt. Hunahpu would try to teach them to be content with what was possible to them, teach them to take pride in the achievements of others. But he could not change human nature. Some of them would go to their graves hating him for the changes that he brought. And he could never tell them how their lives might have ended, had he not interfered. | Он посмотрел на выражение их лиц. Благоговейный страх, изумление, а кое-где и негодование, неприятие. Ну что ж, этого следовало ожидать. Прежде чем все это закончится, система власти в этой деревне переменится еще не раз. Так или иначе, но эти люди станут правителями великой империи. Только немногие из них окажутся достойными этой роли; остальные так и останутся жить в деревне, не приспособившись к новому образу жизни. В этом нет ничего позорного, но некоторые почувствуют себя преданными и обиженными. Хунакпу попытается научить их быть довольными тем, что им доступно, и гордиться достижениями других. Но он не может изменить человеческую природу. Некоторые из этих людей так и сойдут в могилу, ненавидя его за те изменения, которые он принес с собой. А он так и не сможет рассказать им, как могли бы закончиться их жизни, если бы не его вмешательство. |
| "Where will One-Hunahpu live?" he asked. | – Где будет жить Хунакпу Один? – спросил он. |
| "In my house!" cried Na-Yaxhal at once. | – В моем доме, – тут же откликнулся На-Йашаль. |
| "Will I take the house of the king of Atetulka, when he is only now becoming a man? It has been the house of dog-men and women! No, you must build me a new house, here, on this very spot." Hunahpu sat down cross-legged in the grass. "I will not move from this place until I have a new house around me. And over me, I will have a roof thatched from the roofs of all the houses of Atetulka. Na-Yaxhal, prove to me that you are a king. Organize your people to build me my house before darkness comes, and teach them their duties well enough that those who build it can do it without speaking a word." | – Разве я смогу жить в доме короля Атетульки, когда он только сейчас становится человеком? Это был дом людей-собак! Нет, вы должны построить мне новый дом на этом самом месте. – Хунакпу сел, скрестив ноги, в траву. – Я не сдвинусь с места, пока вокруг меня не вырастет новый дом. А крыша должна быть покрыта травой со всех крыш Атетульки. На-Йашаль, докажи мне, что ты король. Организуй своих людей так, чтобы они построили мне дом, прежде чем наступит темнота, и научи их своим обязанностям так хорошо, чтобы они смогли сделать это без дополнительных указаний. |
| It was already midday, but impossible as the task might look to the people, Hunahpu knew that it was well within their capacity to do it. The story of the building of One-Hunahpu's house would spread, and it would make others believe that they were indeed worthy to be the greatest city among the cities of the new Kingdom of Xibalba-on-Earth. Such stories were needed in forging a new nation with a will to empire. The people had to have an unshakable belief in their own worthiness. | Был уже полдень, и хотя такая задача казалась людям невыполнимой, Хунакпу знал, что они вполне смогут с этим справиться. История о строительстве дома для Хунакпу Один быстро разнесется по всей округе и заставит жителей поверить, что они действительно достойны того, чтобы их деревня стала самым большим городом среди других городов нового Царства Шибальба-Земли. Такие истории необходимы, чтобы воспитать новый народ, мечтающий создать империю. Люди должны иметь непоколебимую веру в собственную ценность. |
| And if they didn't make it before nightfall, Hunahpu would simply fire up the basket of light and declare that the lords of Xibalba were lengthening the day with this piece of sunlight so they could finish building the house before nightfall. Either way, the story would be a good one. | А если они не успеют закончить дело до темноты, Хунакпу просто зажжет корзину света и объявит, что правители Шибальбы продлевают день с помощью этого кусочка солнца, чтобы они могли достроить дом до ночи. Так или иначе, история получится неплохой. |
| The people quickly left him alone as Na-Yaxhal organized them to build him a house. Able to relax at last, Hunahpu got the disinfectant out of one of his bags and applied it to his wounded penis. It contained agents to promote clotting and healing, and soon the flow of blood would become mere seepage and then stop. Hunahpu's hands trembled as he applied the salve. Not from pain, for that had not yet begun, nor even from loss of blood, but rather from relief after the tension of the ceremonies just past. | Люди быстро разбежались, оставив его одного, когда На-Йашаль направил их на строительство дома. Получив, наконец, возможность хоть немного расслабиться, Хунакпу достал из одного мешка дезинфицирующее средство и помазал им свои раны. В его состав входили вещества, способствующие свертыванию крови и заживлению ран. Скоро кровотечение уменьшится, а потом и совсем прекратится. Дрожащими руками Хунакпу нанес мазь на раны. Руки дрожали не от боли, потому что она еще не началась, и даже не от потери крови, а скорее от того, что не отпускавшее его ни на минуту напряжение теперь, наконец, ушло. |
| In retrospect it had been as easy to overawe these people as he had imagined it would be back when he had proposed his plan to the others in the lost future. Easy, but Hunahpu had never been so frightened in his life. How did Columbus manage it, boldly creating a future? Only because he knew so little of how futures could go wrong, Hunahpu decided, only because of ignorance could he shape the world so fearlessly.* * * | Оказалось, что тогда, в потерянном теперь прошлом, предлагая свой план другим, он не ошибся – у этих людей легко было вызвать чувство благоговейного ужаса. Да, легко, но сам-то Хунакпу никогда в жизни не испытывал подобного страха. Как это удавалось Колумбу бестрепетно, отважно создавать новое будущее? Только потому, что он почти ничего не знал о том, каким неверным путем могут пойти эти новые будущие; только не ведая этого, решил Хунакпу, Колумб мог так бесстрашно заняться сотворением мира.* * * |
| "It's hard to imagine that these are the great kingdoms of the east that we read about in Marco Polo's account," said Sanchez. | – Трудно представить себе, что это и есть те великие царства Востока, о которых мы читали в описаниях Марко Поло, – сказал Санчес. |
| Cristoforo could hardly argue with him. Colba seemed vast enough to be the mainland of Asia, but the Indians insisted that it was an island and that another island to the southeast, called Haiti, was much richer and had far more gold. Could that be Cipangu? Possibly. But it was discouraging to have to keep assuring the sailors and, above all, the royal functionaries that untold wealth was just a few more days' sailing away. | Кристофоро не нашел, что ответить. Кольба выглядела вроде бы достаточно большой, чтобы быть азиатским материком, но индейцы уверяли, что это остров, и что есть еще один остров, на юго-востоке, Гаити, намного богаче, и на нем куда больше золота. Возможно, он и есть Чипангу? Может быть. Но он уже устал убеждать экипажи судов и, что гораздо важнее, королевских чиновников, что несметные богатства находятся всего в нескольких днях плавания отсюда. |
| When would God allow him the moment of triumph? When would all the promises of gold and great kingdoms be obviously, dearly fulfilled so that he could return to Spain as Viceroy and Admiral of the Ocean-Sea? | Когда же, наконец. Господь подарит ему момент триумфа, когда же все эти обещания золота и великих царств станут непреложной явью и он сможет вернуться в Испанию вице-королем и адмиралом Открытого моря? |
| "What does that matter?" said Don Pedro. "The greatest wealth of this place is before you in plain sight." | – Ну и что из этого? – сказал дон Педро. – Самое большое богатство этого места – прямо перед вами, и его видно невооруженным глазом. |
| "What do you mean?" asked Sanchez. "The only thing this land is wealthy in is trees and insects." | – Что вы имеете в виду? – спросил Санчес. – Единственное, чем богата здешняя земля, так это деревьями и насекомыми. |
| "And people," said Don Pedro. "The gentlest, most peaceful people I've ever seen. It will be no trouble at all to get them to work, and they'll obey their masters perfectly. There's no fight in them at all, can't you see that? Can't you imagine what price they would fetch as the most docile of servants?" | – И людьми, – сказал дон Педро. – Самыми кроткими и мирными людьми, которых мне приходилось видеть. Будет совсем нетрудно заставить их работать, и они будут превосходно слушаться своих хозяев. Неужели вы не видите, что в них нет и намека на воинственность? Вы только представьте себе, какие деньги удастся выручить за этих послушнейших из слуг! |
| Cristoforo frowned. That same thought had occurred to him, but it troubled him all the same. Was it what the Lord had had in mind, to convert them and enslave them at the same time? Yet there was no other source of wealth in sight, here in the land God had led him to. And it was obvious that these savages were completely unfit to be made into soldiers in a Crusade. | Кристофоро нахмурился. Та же мысль приходила в голову и ему, но она же и вызывала в нем смутное беспокойство. Значит ли это, что Господь задумал одновременно окрестить этих людей и превратить в рабов? Ведь на этой земле, куда Господь направил его, действительно нет ни малейших признаков другого богатства. И ясно также, что из этих дикарей никогда не получатся солдаты для крестовых походов. |
| If God had meant these savages to be free Christians, he would have taught them to wear clothing instead of going about naked. | Если Господь намеревался превратить этих дикарей в свободных христиан, он бы научил их носить одежду, а не бегать голышом. |
| "Of course," said Cristoforo. "We will bring a sample of these people back to Their Majesties when we return. But I imagine that it will be more profitable to keep them here in the land they're acclimated to, and use them to mine gold and other precious metals while we teach them of Christ and see to their salvation." | – Конечно, – сказал Кристофоро. – Когда мы будем возвращаться домой, мы захватим парочку этих людей, чтобы показать их королевским величествам. Но я думаю, что будет выгоднее оставить этих туземцев здесь, на земле, к которой они привыкли, и использовать их для добычи золота и других драгоценных металлов, а мы тем временем будем учить их христианской вере и заботиться о спасении их душ. |
| The others heard him without disagreement -- how could they argue with something so obviously true? Besides, they were still weak and weary from the illness that had swept through the crews of all three ships, obliging them to drop anchor and rest for several days. No one died from it -- it was nowhere near as virulent as the terrible plagues that the Portuguese had run into in Africa, forcing them to build their forts on offshore islands. But it had left Cristoforo with quite a headache, and he was sure the others suffered from it, too. If it didn't hurt so much, he might wish for it to continue forever, since it kept them from raising their voices. The royal functionaries were much more tolerable when pain kept them from becoming strident. | Остальные слушали его, не возражая. Да и как могли они оспаривать столь очевидную истину? К тому же, они еще были слабы, не успев оправиться от болезни, которая обрушилась на экипажи всех трех судов, из-за чего им пришлось стать на якорь и отдыхать несколько дней. Никто, правда, не умер – болезнь ничем не напоминала те смертельные эпидемии, с которыми португальцы встретились в Африке, и из-за которых им пришлось строить свои форты на островах, вдали от берега. Однако у Кристофоро и сейчас еще сильно болела голова, и он был уверен, что и другие страдают тем же недутом. Если бы боль не была такой сильной, он пожелал бы, чтобы она вообще не прекращалась, потому что она мешала другим поднять голос в споре. С королевскими чиновниками было куда легче иметь дело, когда боль мешала им быть настырными. |
random book preview
(Card Orson, "Pastwatch: The Redemption Of Christopher Columbus")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |