|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| I'm having a hard time separating Lander from his office, his liquor, his high heels, his elegant clothes. The authority with which he maneuvers the boat between the swells, which get bigger the farther we are from shore, is unexpected and foreign. | Мне странно видеть Ландера без его кабинета, его спиртного, его высоких каблуков, его элегантной одежды. Меня удивляет та неожиданная уверенность, с которой он управляет лодкой посреди волн, все более усиливающихся по мере того, как мы отходим от берега. |
| I try to orient myself. It's one sea mile out to the channel. Two shoal markers along the way. The channel lights to Tuborg Harbor. To Skovshoved Harbor. The masthead lights on the hills above Strand Drive. A container ship on its way south. | Я пытаюсь сориентироваться. До фарватера одна морская миля. Два буйка по пути. Маяки при входе в гавань Туборг, гавань Скоуховед. Огни на холмах над Странвайен. Идущий на юг контейнеровоз. |
| When the snowfall blocks out the view, I correct his course twice. He gives me a searching glance, but he obeys. I don't try to explain anything to him. What would I say? | Когда все это пропадает в снежной пелене, я два раза поправляю его курс. Он с недоумением смотрит на меня, но подчиняется. Я ничего не пытаюсь ему объяснить. Что я могу сказать? |
| A slight wind comes up. It blows cold, hard drops of salt water into our faces. We huddle in the bottom, leaning against each other. The heavy Zodiac dances on the choppy waves. He puts his mouth to my balaclava hood, which I've pulled up. | Поднимается ветерок. Он бросает нам в лицо холодные, резкие брызги соленой воды. Мы прижимаемся ко дну лодки и приникаем друг к другу. Тяжелый «зодиак» пляшет на стоячей волне. Он прижимает губы к моему вязаному шлему, который я закатала наверх. |
| "Fjl and I were in the navy together. In the Seals. We were in our early twenties. If you're a thinking person, then you have to be that age to put up with that kind of shit. For six months we would get up at 5:00 a.m. and swim half a mile in ice-cold water and run for an hour and a half. We had parachute jumping at night over the sea, three miles off the coast of Scotland, and I'm practically nightblind. We dragged that crappy rubber boat around on our heads through the Danish woods while the officers pissed on us and tried to rearrange our psyches to make fighting men out of us." | — Мы с Фойлом служили вместе во флоте. В отряде аквалангистов специального назначения. Нам было немногим больше двадцати. Разумный человек только в таком возрасте и может мириться с подобным дерьмом. В течение полугода мы вставали в пять часов утра, плавали по километру в ледяной воде и бегали по полтора часа. У нас были ночные прыжки в воду, в пяти километрах от побережья Шотландии, а я страдаю куриной слепотой. Мы таскали эту чертову резиновую лодку по датским лесам, а офицерам было насрать на нас, они пытались переделать нашу психику, чтобы из нас вышли солдаты. |
| I put my hand on his arm holding the throttle and correct the course. Five hundred yards ahead the container ship cuts across our course in the form of a green starboard light and three running lanterns up high. | Я кладу ладонь на его руку, которая держит рукоятку управления, и выправляю курс. В пятистах метрах впереди зеленый огонь по правому борту и три высоко расположенных ходовых огня контейнеровоза пересекают наш курс. |
| "It's usually the small ones who do best. Guys my size. We were the ones who could keep it up. The bigger guys could manage one lift and then they were finished. We had to put them in the rubber boat and carry them along. But Fjl was different. Fjl was big. But as fast as if he were small. They couldn't wear him out. They never cracked him in the interrogation courses. He would just give them that friendly stare; you know how he is. And then he wouldn't budge an inch. One day we were diving under ice. It was winter. The sea was frozen solid. We had to dynamite a hole in it. There was a strong current that day. On my way down I passed through a cold belt. That happens sometimes. The condensed water from the exhaled air freezes to ice and blocks the small valves in the air tank. I hadn't attached the safety line yet. That's how you can find your way back to the hole in the ice. That's what diving under ice is like. From six feet away the hole is a dark edge. From fifteen feet away you can't see it any longer. So I'm seized with panic. I lose the line. I don't think I can see the hole anymore. Everything is green and brilliant and neon-colored under the ice. I feel as if I'm being sucked into the realm of the dead. I can feel the current grabbing me and carrying me down and away. They tell me that Fjl was watching. So he picks up a lead belt in one hand and jumps into the water without any oxygen tank. With only a line in his hand. Because there wasn't time. And he dives down to me. He catches me forty feet down. But he's diving in a dry suit. This means that the water pressure presses the rubber against his skin. With an additional one atmosphere of pressure for every thirty feet. About thirty feet down the rubber edge cut through the skin of his wrists and ankles. What I remember about our passage up to the surface was clouds of blood." | — Обычно самыми выносливыми были невысокие люди. Моего роста. Мы могли терпеть долго. Большие могли сделать однократное усилие — и были готовы. Нам приходилось класть их в резиновую лодку и нести с собой. Но Фойл — другое дело. Фойл был крупным. Но быстрым, как невысокий. Его невозможно было вымотать. Они не могли расколоть его на занятиях по ведению допросов. Он просто дружелюбно смотрел на них, ты знаешь как. И не отступал ни на миллиметр. Однажды мы ныряли под лед. Зимой. Море замерзло. Нам пришлось пробить прорубь во льду. В тот раз течение было сильное. Опускаясь вниз, я прошел через холодный поток. Такое бывает. Конденсированная влага от выдыхаемого воздуха превращается в лед и блокирует маленькие клапаны в дыхательном аппарате. К этому моменту я не успел прикрепить страховочный трос, по которому можно вернуться к проруби. Это делают, когда ныряют под лед. Если удаляешься от проруби на два метра, она становится темной полоской. На расстоянии пяти метров ее уже вообще не видно. Так что меня охватывает паника. Я теряю трос. Мне кажется, что я вообще больше не вижу проруби. Все подо льдом зеленоватое, сверкающее, будто освещенное неоновой лампой. Мне кажется, что меня уносит в царство мертвых. Я чувствую, как течение подхватывает меня и тянет вниз и в сторону. Мне рассказали, что Фойл увидел это. Тогда он схватил свинцовый пояс и прыгнул в воду без кислородных баллонов. Только с тросом в руке. Потому что времени было в обрез. Он опускается ко мне. Хватает меня на глубине двенадцать метров. Но он нырнул в костюме, не приспособленном для глубины. Это означает, что давление прижимает резину костюма к телу, увеличиваясь на одну атмосферу каждые десять метров. Примерно на глубине десять метров резиновые края врезались в его кожу на запястьях и лодыжках. Когда мы поднимались на поверхность, я помню только облака крови. |
| I think about the scars around his wrists and ankles. "He was also the one who forced the water out of my lungs. And gave me artificial respiration. We had to wait a long time. They only had a little gas turbine helicopter, and the weather was bad. He gave me heart massage and artificial respiration all the way back." | Я вспоминаю шрамы на запястьях и лодыжках, темные, как металлические браслеты. — Это он выкачивал воду из моих легких. И делал мне искусственное дыхание. Нам пришлось долго ждать. У них был только маленький газотурбинный вертолет, а погода была плохой. Пока мы летели, он все время делал мне массаж сердца и давал кислород. |
| "Back to where?" | — Летели куда? |
| "To Scoresbysund. We were on exercises in Greenland. It was cold. But that suited him fine." | — В Скоресбюсунд. У нас были ученья в Гренландии. Было холодно. Но ему все было нипочем. |
| The snow closes around us in a chaotic gridwork, a wild confusion of slanted stripes. | Снег смыкается вокруг нас беспорядочной решеткой, диким хаосом косых линий. |
| "He's disappeared," I say. "I tried to call him. Some stranger answered the phone. Maybe he's in jail." | — Он исчез, — говорю я. — Я пыталась дозвониться до него. Кто-то незнакомый берет трубку. Может быть, он арестован. |
| One minute before the ship appears, I can sense its presence. The pull of the hull against the anchor chains, the slow shifting of the entire vast, floating hulk. | За минуту до появления судна я уже чувствую, что оно рядом. Натягивающиеся якорные цепи, медленное движение всей массивной, колеблющейся громадины. |
| "Forget about him, honey. That's what the rest of us have had to do." | — Забудь его, детка. Тем, кто остается, приходится забывать. |
| On the port side there is a short floating platform at the bottom of a steep ladder beneath a single yellow light. He doesn't turn off the motor but steadies the boat by holding on to an iron girder. | С левого борта — маленький бон у подножия крутого трапа, освещаемого одиноким желтым огоньком. Он не выключает мотор, а приводит лодку в равновесие, крепко ухватившись за железную балку. |
| "You can go back with me, Smilla." | — Ты можешь вернуться назад, Смилла. |
| There's something touching about him, as if he hadn't realized until now that we stopped playing games a long time ago. | В нем есть что-то трогательное, как будто только сейчас он понимает, что это уже не игра. |
| "The thing is," I say, "that I don't have anything in particular to go back to." | — В том-то и дело, — говорю я, — что у меня нет ничего, к чему бы стоило возвращаться. |
| I sling the box onto the platform myself. When I step up onto it and turn around, he stands there for a moment, gazing at me, a small figure, rising and sinking, the big rubber boat lending him a dancing movement. Then he turns away and pushes off. | Я сама закидываю коробку на бон. Когда я забираюсь вслед за ней и оборачиваюсь, он стоит мгновение, глядя на меня, маленькая фигурка, которая поднимается и опускается, повинуясь танцующему движению большой резиновой лодки. Потом он, повернувшись, отталкивается от бона. |
| Part One | МОРЕ |
random book preview
(Høeg Peter, "Smillas Sense of Snow aka Miss Smillas Feeling for Snow")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |