|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| It must have been around dawn that he passed out for the last time. | В последний раз он потерял сознание, должно быть, незадолго до рассвета. |
| When he came round he was lying on the bed. There were bandages on his feet and hands. He was in agony. He wanted to kill himself, but he was too weak to move. | Придя в себя, он увидел, что лежит на постели. Руки и ноги были в бинтах. Он чувствовал невыносимую боль. Он готов был покончить с собой, но был слишком слаб для этого. |
| The bald man came into the cell in the evening. When he saw him, Feliks began to sob with terror. The man just smiled and went away. He never came back. A doctor came to see Feliks each day. Feliks tried without success to pump him for information: Did anyone outside know that Feliks was here? Had there been any messages? Had anyone tried to visit? The doctor just changed the dressings and went away. | Вечером в камеру явился тот лысый человечек. Увидев его, Феликс от ужаса зарыдал. Человечек лишь улыбнулся и вышел. Больше он не приходил. Каждый день Феликса посещал врач. Феликс безуспешно пытался вызнать у него какие-нибудь сведения: знал ли кто на воле, что он здесь, в тюрьме, пытался ли кто-нибудь навестить его, оставили ли ему какие-нибудь записки? Но врач лишь менял ему повязки и уходил. |
| Feliks speculated. Lydia would have gone to his room and found the place in disarray. Someone in the house would have told her the secret police had taken him away. What would she have done then? Would she make frantic inquiries, careless of her reputation? Would she have been discreet, and gone quietly to see the Minister of the Interior with some story about the boyfriend of her maid having been jailed in error? | Феликс пытался рассуждать. Лидия обязательно придет к нему в комнату и увидит там разгром. Кто-то из жильцов дома обязательно расскажет ей, что его забрала тайная полиция. Что она сделает тогда? Начнет ли отчаянные поиски, не думая о репутации? Или проявит осторожность и потихоньку обратится к министру внутренних дел, выдумав историю о том, что по ошибке арестован дружок ее горничной? |
| Every day he hoped for word from her, but it never came. | Он каждый день ждал от нее весточки, но так и не дождался. |
| Eight weeks later he could walk almost normally, and they released him without explanation. | Спустя восемь недель он уже мог почти нормально ходить, и его выпустили, безо всяких объяснений. |
| He went to his lodging. He expected to find a message from her there, but there was nothing, and his room had been let to someone else. He wondered why Lydia had not continued to pay the rent. | Он отправился в свою комнатку. Думал, что там найдет записку от нее, но все впустую, а комната его уже была сдана другому. Его удивило, что Лидия перестала ее оплачивать. |
| He went to her house and knocked at the front door. A servant answered. Feliks said: “Feliks Davidovich Kschessinsky presents his compliments to Lydia Shatova-” | Он пошел к ее дому и постучал в дверь. Ему открыл слуга. Феликс произнес: |
| The servant slammed the door. | – Феликс Давидович Кшессинский передает привет Лидии Шатовой. |
| Finally he went to the bookshop. The old bookseller said: “Hello! I’ve got a message for you. It was brought yesterday by her maid.” | Слуга захлопнул дверь перед его носом. Тогда он пошел в книжную лавку. Старый торговец сказал: – Привет! У меня для тебя есть записка. Ее вчера принесла ее служанка. |
| Feliks tore open the envelope with trembling fingers. It was written, not by Lydia, but by the maid. It read: I have been Let Go and have no job it is all your fault She is wed and gone to England yesterday now you know the wages of Sin. | Дрожащими пальцами Феликс разорвал конверт. Почерк был не Лидии, а ее горничной. А содержание таково: «Меня прогнали, и у меня теперь нет работы, это все твоя вина. Она вышла замуж и вчера уехала в Англию, теперь ты знаешь, какова плата за грехи». Со слезами страдания он поднял голову и крикнул торговцу: |
| He looked up at the bookseller with tears of anguish in his eyes. “Is that all?” he cried. | – И это все? |
| He learned no more for nineteen years. | И девятнадцать лет он ничего о ней не слышал. |
| Normal regulations had been temporarily suspended in the Walden house, and Charlotte sat in the kitchen with the servants. | В доме Уолденов обычный распорядок был временно нарушен, и вот Шарлотта вместе с челядью сидела на кухне. |
| The kitchen was spotless, for of course the family had dined out. The fire had gone out in the great range, and the high windows were wide open, letting in the cool night air. The crockery used for servants’ meals was racked neatly in the dresser; the cook’s knives and spoons hung from a row of hooks; her innumerable bowls and pans were out of sight in the massive oak cupboards. | Кухня сияла чистотой, сегодня вечером еду здесь не готовили – хозяева не ужинали дома. В огромной плите потухший огонь, высокие окна открыты настежь, в них струится прохладный вечерний воздух, В серванте аккуратно расставлена посуда, которой пользовались слуги, на крючках развешаны поварские ножи и черпаки, а бесчисленные чаны и кастрюли спрятаны с глаз подальше в массивных дубовых шкафах. |
| Charlotte had had no time to be frightened. At first, when the coach stopped so abruptly in the park, she had been merely puzzled; and after that her concern had been to stop Mama screaming. When they got home she had found herself a little shaky, but now, looking back, she found the whole thing rather exciting. | Шарлотта даже не успела испугаться. Сначала, когда экипаж так внезапно остановился в парке, она просто удивилась, а потом ее главной заботой было успокоить дико закричавшую мать. По возвращении домой ее немного трясло, но теперь, вспоминая происшествие, она нашла его довольно-таки занятным. |
| The servants felt the same way. It was very reassuring to sit around the massive bleached wooden table and talk things over with these people who were so much a part of her life: the cook, who had always been motherly; Pritchard, whom Charlotte respected because Papa respected him; the efficient and capable Mrs. Mitchell, who as housekeeper always had a solution to any problem. | Слуги чувствовали то же самое. Было так приятно и спокойно сидеть за массивным, выскобленным добела деревянным столом, и обсуждать случившееся с этими людьми, составлявшими часть ее жизни: с поварихой, всегда такой заботливой, с Причардом, которого Шарлотта очень уважала, потому что его уважал отец, с опытной и умелой экономкой миссис Митчел, всегда находившей решение любой, возникшей в доме, проблемы. |
| William the coachman was the hero of the hour. He described several times the wild look in his assailant’s eyes as the man menaced him with the gun. Basking in the awestruck gaze of the under-house-parlormaid, he recovered rapidly from the indignity of having walked into the kitchen stark naked. “Of course,” Pritchard explained, “I naturally presumed the thief just wanted William’s clothes. I knew Charles was at the palace, so he could drive the coach. I thought I wouldn’t inform the police until after speaking to his lordship.” Charles the footman said: “Imagine how I felt when I found the carriage gone! I said to myself, I’m sure it was left here. Oh, well, I thinks, William’s moved it. I run up and down The Mall; I look everywhere. In the end I go back to the palace. ‘Here’s trouble,’ I says to the doorman, ‘the Earl of Walden’s carriage has gone missing.’ He says to me: ‘Walden?’ he says-not very respectful-” | Героем же дня был, конечно, кучер Уильям. Он уже успел несколько раз описать дикое выражение глаз нападавшего, когда тот угрожал ему оружием. Одна из горничных не отводила от него потрясенного взгляда, и буквально купаясь в нем, он быстро пришел в себя после явной неловкости от появления на кухне в абсолютно голом виде. – Конечно, – объяснял Причард, – я вполне естественно предположил, что грабителю просто нужна была одежда Уильяма. Я знал, что Чарльз ждал у дворца и смог бы править экипажем. И я решил не сообщать ничего в полицию, пока не переговорю с его светлостью. Лакей же Чарльз рассказал: – Представляете, что я чувствовал, когда обнаружил, что кареты на месте нет! Я сказал себе: я уверен, что точно оставил ее здесь. А потом подумал: наверное, Уильям ее переставил. Я стал бегать взад и вперед по Моллу, но ее нигде не было. Тогда я возвращаюсь во дворец. «Случилось что-то неладное, – говорю я привратнику, – пропала карета графа Уолдена». А он мне: Уолдена? – да так свысока. Тут его перебила миссис Митчел: |
| Mrs. Mitchell interrupted: “Palace servants, they think they’re better than the nobility-” | – Эти дворцовые слуги воображают, что они знатнее аристократов. |
| “He says to me: ‘Walden’s gone, mate.’ I thought, Gorblimey, I’m for it! I come running through the park, and halfway home I find the carriage, and my lady having hysterics, and my lord with blood on his sword!” Mrs. Mitchell said: “And after all that, nothing stolen.” | – И тут он говорит мне: «Уолден уже уехал, приятель». Я подумал, Боже всемогущий, как же я оплошал! Бегу домой через парк и на полпути нахожу карету, госпожа в истерике, а у милорда на шпаге кровь! |
random book preview
(Ken Follett, "The Man From St. Petersburg")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |