|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| Walking a little distance aside with him on the day they had parted, Ser Rodrigo had told Alvar that he need not hurry home. He gave him leave to linger in Ragosa, with orders to post letters of report with any tradesmen heading towards Valledo. | В тот день, когда они расстались, сэр Родриго отошел с Альваром немного в сторону и сказал, что ему нет особой нужды спешить домой. Он позволил ему задержаться в Рагозе и велел посылать письма с отчетами с каждым купцом, едущим в сторону Вальедо. |
| A captain of King Badir's army had summoned Alvar on the third day after their arrival. It was a well-run, highly disciplined army, for all its diversity. He had been marked as soon as they passed through the gates. The horse and armor he'd won at Orvilla were too good for him not to be noted. He was closely interviewed, enlisted at a salary and placed in a company. He was also, after a few days, permitted to leave the barracks and live with Jehane and Velaz in the Kindath Quarter, which surprised him. It wouldn't have happened in Esteren. | Капитан войска Бадира призвал к себе Альвара на третий день после их приезда. Это было хорошо управляемое, очень дисциплинированное войско, несмотря на всю его пестроту. Альвара заметили, как только они въехали в ворота. Конь и доспехи, которые достались ему в Орвилье, были слишком хороши для него и не могли остаться незамеченными. Его строго допросили, назначили ему жалованье и приписали к отряду. Через несколько дней ему позволили покинуть казарму и жить вместе с Джеаной и Веласом в квартале киндатов, что его удивило. В Эстерене не могло произойти ничего подобного. |
| It was because of Jehane's position. She had been immediately installed at court, newest of the physicians to the king and his notorious Kindath chancellor, Mazur ben Avren. Her formal place in a palace retinue—in Ragosa, as everywhere else in the world—carried with it certain perquisites. | Разгадка заключалась в положении Джеаны. Ее сразу же взяли ко двору, назначив новым лекарем эмира и его пресловутого визиря-киндата Мазура бен Аврена. Ее официальная должность при дворе — в Рагозе, как и во всем остальном мире, — давала ей определенные льготы. |
| None of which had stopped Alvar from being embroiled in three fights not of his choosing during the first fortnight after he left the barracks and went to live in their house. That much was also the same everywhere: soldiers had their own codes, whatever royal courts might decree, and young fighting men granted special privileges had to be prepared to establish their right to those. | Однако это не помешало Альвару ввязаться в три драки, по своей воле, после того, как он покинул казармы и поселился в их доме, — и двух недель не прошло. То же самое происходило повсюду: у солдат собственный кодекс, какие бы указы ни издавали при дворе, а молодым воинам, пользующимся особыми привилегиями, нужно быть готовыми подтвердить свое право на них. |
| Alvar fought. Not to the death, for that was forbidden in a city that needed its mercenaries, but he wounded two men, and took a cut on the outside of his sword arm that had Jehane briefly worried. The sight of her concern was worth the wound and the scar that remained when it healed. Alvar expected wounds and scars; he was a soldier, such things came with his chosen course of life. He was also here in Ragosa as a known representative of Rodrigo Belmonte's company, and when he fought it was with a consciousness that he was upholding the pride of the Captain's men and their eminence among the companies of the world. It was a role he shouldered alone, with an anxious sense of responsibility. | Альвар дрался. Не на смерть, так как это было запрещено в городе, который нуждался в наемниках, но он ранил двоих и получил рану на внешней стороне правой руки, которая ненадолго обеспокоила Джеану. Стоило получить эту рану и оставшийся после нее шрам, ради того чтобы видеть ее тревогу. Альвар ожидал и ран, и шрамов; он ведь солдат, такие вещи неизбежны при выбранном им жизненном пути. Вдобавок к этому всем известно, что он находится в Рагозе в качестве представителя отряда Родриго Бельмонте, и он дрался с сознанием того, что защищает честь воинов Капитана и утверждает их превосходство над всеми другими воинами мира. Он нес это бремя в одиночку, с тревожным чувством ответственности. |
| Until, at the very end of that same summer, Ser Rodrigo had come himself through the pass to Ragosa on his black horse with one hundred and fifty soldiers and a silk merchant, the banners of Belmonte and Valledo flapping in the wind as they rode up to the walls along the shore of the lake. | До тех пор пока в конце того же лета сам сэр Родриго не приехал в Рагозу через перевал на своем черном коне со ста пятьюдесятью воинами и торговцем шелком. Знамена Бельмонте и Вальедо развевались на ветру, когда они подъехали к городским стенам по берегу озера. |
| Things changed then. Things began to change everywhere. | Тогда все изменилось. И повсюду начались перемены. |
| "By the eyeteeth of the holy god," Lain Nunez had cackled in horror when Alvar reported to them that first day, "will you look at this! The boy's gone and converted himself! What will I tell his poor father?" | — Клянусь святым господом! — в ужасе воскликнул Лайн Нунес, когда Альвар явился к нему в тот первый день. — Посмотрите-ка на него! Этот парень сменил веру! Что я скажу его несчастному отцу? |
| The Captain, scrutinizing Alvar's clothing with amusement, had said only, "I've had three reports. You appear to have done well by us. Tell me exactly how you were wounded and what you would do differently next time." | Капитан окинул насмешливым взглядом одежду Альвара и сказал только: — Я получил три доклада. Кажется, ты хорошо справился. Расскажи подробнее, как тебя ранили, и что ты в следующий раз сделаешь иначе. |
| Alvar, grinning for all he was worth, a warm glow rising in him as from drinking unmixed wine, had told him. | Альвар расплылся в улыбке до ушей, его окатило теплой волной, словно он глотнул неразбавленного вина, и выполнил пожелание Капитана. |
| Now, some time later, running through the market under the blue skies of a crisp autumn morning to find Jehane and give her the day's huge tidings, he knew himself to be recognized, envied, even a little feared. No one challenged him to duels any more. The celebrated Ser Rodrigo of Valledo, in exile, had accepted a huge contract with King Badir, with the full year paid in advance, which was almost unheard of. | Теперь, какое-то время спустя, пробегая по базару ясным осенним утром под голубым небом, чтобы найти Джеану и сообщить ей большие сегодняшние новости, он знал, что его узнают, ему завидуют и даже слегка его опасаются. Теперь уже никто не вызывал его на поединок. Прославленный сэр Родриго Вальедский, ссыльный, принял предложение эмира Бадира, заключил контракт на колоссальную сумму и получил деньги за год вперед, что было почти неслыханным делом. |
| Rodrigo's men were soldiers of Ragosa now, the vanguard of a fighting force that was to enforce order in city and countryside, to hold back newly ambitious Jalofia, and Cartada, and the worst incursions of the outlaw chieftain ibn Hassan from his southern fortress of Arbastro. Life was complex in Ragosa, and dangers many-faceted. | Теперь люди Родриго стали воинами Рагозы, передовым отрядом войск, которые обязаны обеспечивать порядок в городе и его окрестностях, сдерживать растущие амбиции Халоньи и Картады и дерзкие набеги вожака разбойников ибн Хассана из его южной крепости Арбастро. Жизнь в Рагозе была сложной и многогранной. |
| Life seemed an entirely splendid affair to young Alvar de Pellino that morning, and the brilliant, cultured Ragosa of King Badir was—who would dream of denying it?—the most civilized place in the world. | В то утро жизнь казалась юному Альвару де Пеллино великолепной, а блестящая, просвещенная Рагоза эмира Бадира — самым цивилизованным городом в мире, и кто бы посмел это оспаривать? |
| Alvar had been to the palace with Jehane, and several times with Rodrigo. There was a stream running right through it, watering some of the inner gardens and courtyards and passing, by a means Alvar could not grasp, through the largest of the banquet rooms. | Альвару приходилось бывать во дворце вместе с Джеаной и несколько раз с Родриго. Прямо через дворец протекал поток, дававший воду внутренним садам и дворикам. Его пустили — Альвар так и не понял, каким образом, — через самый большой пиршественный зал. |
| At the most sumptuous of his feasts King Badir—sensuous, self-indulgent, undeniably shrewd—liked to have the meal floated along this stream in trays, to be collected from the water by half-naked slaves and presented to the king's guests as they reclined on their couches in the ancient fashion. Alvar had written a letter to his parents mentioning this; he knew they wouldn't believe him. | Во время своих пышных пиров эмир Бадир — себялюбивый сибарит и человек, несомненно, большой хитрости, — любил, чтобы еду сплавляли на подносах по течению этого ручья. Затем подносы поднимали из воды полуголые рабы и подавали кушанья гостям эмира, возлежащим на ложах на манер древних. Альвар написал родителям письмо и рассказал об этом; но знал, что они ему не поверят. |
| He usually tried to avoid running through the streets these days—it was too youthful, too undignified—but the news of the morning was enormous and he wanted to be the one to tell Jehane. | Обычно он старался не бежать по улицам — это было слишком по-ребячески, слишком несолидно, — но известия этого утра были огромной важности, и ему хотелось самому сообщить их Джеане. |
| He skidded around a leather-goods stall and grabbed for the awning pole to help him turn. The pole rocked, the canopy tilted dangerously. The artisan, a man he knew, cursed him routinely as Alvar shouted an apology over his shoulder. | Огибая палатку с кожаными изделиями, он поскользнулся и схватился за опорный шест, чтобы удержаться на повороте. Шест закачался, навес опасно наклонился. Ремесленник, которого Альвар знал, привычно выругал его в ответ на брошенное через плечо извинение. |
| Jehane and Velaz would be at their own stall in the market. She had been following her father's practice and her own from Fezana. Even though handsomely rewarded at the palace, she was always at the booth on the country market morning, and in her consulting rooms two afternoons a week. A physician needed to be known outside the chambers of the palace, she had told Alvar. Her father had taught her that. A doctor could as easily go out of fashion at court as come into it. It was never wise to be cut off from other sources of patients. | Джеана и Велас должны были находиться в своей палатке на базаре. Она продолжала практиковать так же, как ее отец и она сама в Фезане. Хотя Джеана получала приличное вознаграждение во дворце, она всегда принимала пациентов в палатке на базаре в базарное утро и у себя в приемной два раза в неделю во второй половине дня. Необходимо, чтобы лекаря знали за стенами дворца, объяснила она Альвару. Ее так учил отец. Лекарь так же легко может выйти из моды при дворе, как и войти в моду. Неразумно лишаться других пациентов. |
| It had been Velaz who had told Alvar what had happened to Jehane's father. | Велас рассказал Альвару о том, что случилось с отцом Джеаны. |
| In the time before Rodrigo's arrival the two men had taken to having dinner together some evenings when Jehane was at court and Alvar free of watch or patrol duties. The night he heard the story of Ishak ben Yonannon and King Almalik's youngest son, Alvar had dreamed, for the first time but not the last, of killing the king of Cartada and coming back through the mountain pass to Jehane in Ragosa with word that her father had been avenged for his dark, silent pain. | До приезда Родриго они с Альваром приобрели привычку иногда вместе ужинать по вечерам, когда Джеана уходила во дворец, а Альвар был свободен от дежурства или патрульной службы. В ту ночь, когда он услышал историю Исхака бен Йонаннона и младшего сына правителя Альмалика, Альвару в первый раз, но не в последний, приснился сон, что он убил правителя Картады и вернулся через перевал в горах в Рагозу, к Джеане с известием, что темные, немые страдания ее отца отомщены. |
random book preview
(Kay Guy, "The Lions of Al-Rassan")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |